За время работы в НПУ «Прикамнефть». Автор Эрнст Сафронов

  • «Гайка М-30»

    В 1968 году Елабужский горком КПСС выдвинул мою кандидатуру на должность освобожденного секретаря парnкома НПУ «Прикамнефть».

    Практика тогда была такова, что перед выборным партийным собранием кандидат должен пройти собеседование с курирующим инструктором, зав.отделом или секретарем Татарского обкома партии. Учитывая, что парторганизация НПУ «Прикамнефть» являлась крупнейшей в Елабужском районе (301 член КПСС), меня вызвал на беседу 2-й секретарь ОК КПСС Сергей Львович Князев.

    Перед выездом со мной беседовал начальник НПУ «Прикамнефть» Борис Лейбович Сапгир, который дал полную инструкцию о моем поведении и заметил непредсказуемость характера «патриарха» татарских нефтяников. Затем мне давал наставления Фоат Фатыхович Ахсанов - зам.начальника НПУ по общим вопросам, ранее он работал 2-ым секретарем ГК КПСС и был не раз на приеме у С.Л. Князева. Он настолько «запугал» меня, что у меня появились мысли об отказе от должности и поездки в Казань.

    Однако, подчиняясь партийной дисциплине, я поехал. Долго стоял у кабинета С.Л. Князева, пытаясь угадать линию беседы, исходя из опыта работы в ВЛКСМ. Люди приходили, уходили, громко рассуждая о том, как поздравили Сергея Львовича. Когда меня пригласили в кабинет, я встал в торце длинного приставного стола и с вдохновением поздравил С.Л. Князева с днем рождения.

    Оторвавшись от бумаг моего дела, он сказал: «Что встал так далеко от меня, ближе, и хорошо, что Вы не забыли мою дату рождения. Но это не главное, а главное тебе надо знать людей и нефтяную технику». Потом испытывающе взглянул на меня и спросил:
    « - А скажи, молодец, одну из главных деталей станка-качалки, - я ответил «трос», а какая гайка крепит этот трос?» Я, конечно, не знал и наобум сказал, что первое пришло в голову: «М-30 с левой резьбой». Он посмотрел внимательно на меня, встал, пожал руку и сказал: «Быть тебе секретарем парткома. И еще даю тебе наказ - зажми этого хитрого Сапгира, чтобы он не только нефть добывал, но и активно участвовал в наших партийных делах!».

    С таким напутствием я был избран секретарем парткома, проработал 5 лет и горжусь тем, что мой труд на «нефтяной ниве» оценен правительственной наградой-медалью «За трудовую доблесть».

    Би-би-си и партбилет

    Приступив в 1968 году к работе освобожденным секретарем парткома НПУ «Прикамнефть», я усек для себя, что главное – это тесная связь с людьми, знание их настроения, нужд, возможности участия в общем деле, забота, помощь в трудовой деятельности и житейских вопросах. На это нацелил всех членов парткома, секретарей партийных организаций, подразделений.

    Дела вроде бы шли нормально и вдруг, ближе к обеду, раздался звонок по прямой линии с 1-м секретарем ГК КПСС Салихом Галимзяновичем Габдуллиным, который повышенным тоном спросил меня: «Эрнст Андреевич, где у тебя находится партбилет?» Я испугался, думая, что, может быть, потерял его, схватился за левый внутренний карман пиджака (там было принято всегда с собой носить партийный билет), и, радуясь, ответил: «На месте, у левой груди». «На месте-то на месте, но можешь лишиться его, если не выдашь сегодня до 13.00 аванс рабочим! Ты разве не знаешь, что радио Би-би-си уже сообщило на весь мир, что рабочие НПУ «Прикамнефть» не получили аванс. Это же политический скандал! Решай и в 13.00 доложи мне!»

    Я быстро собрал всех членов парткома и пригласил для отчета главбуха Александра Степановича Новоселова, который спокойно объяснил, что деньги не получены одним цехом, просто не успели сдать нужные документы в госбанк, до 12.00 завтра все получат деньги.

    Члены парткома дружно обрушились с критикой на А.С. Новоселова, доказывая его политическую недальновидность. В конце разбирательства главбух получил партийное взыскание, а мы стали думать, где срочно можно найти деньги. Я высказал предложение о вложении своих сбережений, но, увы, набрать 5 600 рублей не смогли и были в отчаянии. Тогда мой заместитель Лидия Ивановна Зайцева сказала, что точно знает, такие деньги есть у члена партии геолога НПУ В.И. Лядова, ее соседа. Якобы он снял со сберкнижки на покупку автомобиля.

    Вызвав В.И. Лядова, мы долго убеждали его о долге коммуниста спасти честь НПУ «Прикамнефть», района республики, СССР от происков империализма. Наконец-то он сдался и выложил деньги, рабочие получили аванс.

    Ровно в 13.00 я поднял трубку телефона, желая доложить 1-му секретарю горкома партии, что его поручение выполнено, но Салих Галимзянович сказал: «Молодцы, я уже знаю. Только что Би-би-си сообщило, что произошла ошибка в информации, в действительности рабочие НПУ «Прикамнефть» все получили аванс». 

    Последний шар

    В 1973 году начальник НГДУ «Прикамнефть» Б.Л. Сапгир был переведен на работу в Западную Сибирь и встал вопрос о назначении нового начальника.

    Меня вызвал к себе 1-й секретарь Елабужского ГК КПСС Салих Галимзянович Габдуллин и строго спросил: «Какие есть у парткома предложения о кандидатуре?» Я прокомментировал В.А. Шуваева, В.М. Ульянова и С.А. Фельдмана. Салих Галимзянович одобрил предложенные кандидатуры, но, сделав большую паузу, мягко, без нажима сказал: «Эрнст Андреевич, я уважаю мнение парткома, но прошу Вас на этот раз, уступите мне, так как имеется заслуженная кандидатура, но не из коллектива НГДУ «Прикамнефть» и она согласована с руководством объединения «Татнефть», а предложенные Вами товарищи пусть будут первым резервом на следующие выдвижения». В ответ я выразил несогласие и настаивал на своих кандидатах. В дальнейшем я сказал ему, что Салих Галимзянович, «кота в мешке» не берут на такую ответственную должность.

    Я понимал, что перечить первому – себе хуже, но идти против решения членов парткома не мог и надеялся еще на высокую справедливость, которой обладал Салих Галимзянович.

    В конце беседы он сказал: «Ладно, думайте до завтра, а там вместе решим!»

    На следующий день, ближе к концу рабочего дня, раздался звонок по прямому телефону от С.Г. Габдуллина, который пригласил меня на встречу с кандидатом, но не в горком партии, а в бильярдную базу отдыха «Космос». Прибыв туда, я увидел Салиха Галимзяновича, сидящего рядом с ним начальника объединения «Татнефть» Л.В. Валиханова и кудрявого симпатичного мужчину. Это был, как выяснилось позже, Аклим Касимович Мухаметзянов. Валиханов познакомил нас, охарактеризовал с положительной стороны А.К. Мухаметзянова и просил принять данную кандидатуру. Салих Галимзянович в свою очередь сказал: «Вопрос, я думаю, решен и пусть партком и будущий начальник НГДУ «Прикамнефть» сыграют в бильярд партию, результат покажет правильность нашего выбора!»

    Игра вызвала интерес у всех тем, что Аклим Касимович играл хорошо и мы «шли» шар в шар.

    При счете 7:7 за мной был удар, в позиции которой я явно выигрывал последний шар, а значит, партию. Аклим Касимович заволновался, понимая, что проигрывает. Но я, поняв, что вопрос уже решен и надо поддержать А.К.Мухаметзянова, специально «промазал».

    Впоследствии, когда Аклим Касимович был уже на должности замминистра нефтяной промышленности СССР и депутатом Верховного Совета, принял меня у себя в кабинете, была теплая дружеская обстановка, и он мне сказал: «Спасибо, Эрнст Андреевич, за последний бильярдный шар!»

    «Выползки»

    В 1971 году состоялось совещание в г.Альметьевск, руководителей структурных подразделений, главных геологов, секретарей парторганизаций по проблеме добычи тяжелых (битумных нефтей).

    Совещание возглавлял 2-й секретарь обкома КПСС С.Л. Князев, который резко критиковал ряд руководителей по обсуждаемой проблеме, в том числе негативное освещение в СМИ, при этом он взял газету «Советская партия», бросил ее автору заметки о неперспективности обсуждаемого вопроса и предложил больше подобное нигде не писать. Затем Сергей Львович стал поднимать с мест руководителей и секретарей парткомов с отчетами о проделанной работе. Выяснилось, что процессом добычи «тяжелых» нефтей на местах вплотную не занимаются. Были подняты 2 секретаря парткома, каждые вообще ничего не могли сказать. Это вызвало бурную критику С.Л. Князева, который предложил опросить всех руководителей общественных организаций.

    Я сидел рядом с секретарем парторганизации Елабужской конторы разведочного бурения Рифкатом Гиззатуллиным, который шепнул мне на ухо: «Скорей выползаем, уже двое «выползли» - и на коленях стал выползать к задней двери конференцзала.

    Меня остановило от такой авантюры то, что рядом со мной сидела главный геолог НГДУ «Прикамнефть» Лидия Ивановна Зайцева, мой заместитель по парткому, которая в процессе обсуждения вопроса прокомментировала суть, и я кое-что уяснил для себя. А Сергей Львович все-таки увидел как «спасаются» от критики некоторые участники совещания и громко заявил: «Выползки» будут сняты с работы, а тяжелую нефть мы в перспективе добывать будем!»

    Его слова оказались истинно пророческими!
    © Эрнст Сафронов, пенсионер НГДУ "Прикамнефть"